Доза скептицизма: Джефри Сигел, президент консалтинговой компании в области ядерной физики, против заблуждений о радиации

Время чтения: 4 мин.

Д-р Джеффри Сигел является ярым противником распространения информации о том, что низкие дозы радиации неизбежно вызывают рак.  Он считает, что достоверные научные данные о связи между медицинской визуализацией и развитием онкологических заболеваний отсутствуют. По убеждению д-ра Сигела, всеобщие усилия, направленные на снижение дозы облучения в лучевой диагностике в конечном итоге наносят вред пациентам.

Мы связались с д-р Сигелом, который является президентом и генеральным директором «Нюклеар физикс энтерпрайз» (Nuclear Physics Enterprise), международной консалтинговой компании по ядерной физике, чтобы выяснить, на чем основаны его взгляды, почему вопрос важен, и что он испытывает, защищая непопулярную точку зрения в отрасли, которая считает снижение радиационной нагрузки одним из основных приоритетов.

В прошлом году вы опубликовали в «Джорнал оф нюклеар медисин» статью под названием «Оптимизация дозы с целью минимизации радиационного риска для детей, проходящих КТ и ядерную медицинскую визуализацию, ошибочна и вредна». В чем заключается основное заблуждение ваших оппонентов?

Нет абсолютно никаких документов, полный ноль, свидетельствующих о вреде низких доз радиации. Это – неправильный термин и фикция, основанная на линейной беспороговой модели. Я думаю, что люди напуганы атомными бомбардировками Хиросимы и Нагасаки. Они путают высокодозную радиацию и излучение с низкой дозой, которую мы получаем ежедневно — от неизбежного воздействия фоновой радиации, от полетов на самолете, от потребительских товаров, от медицинской визуализации и т. д.

Это порождает радиофобию, из-за которой, несмотря на отсутствие документального подтверждения реальных рисков воздействия низких доз, родители боятся отправлять своих детей на сканирование.  Врачи тоже боятся, и поэтому хотят «оптимизировать» дозу, снизить ее до минимума. Так возникает реальный ятрогенный риск – из-за того, что врачи выбирают процедуру, которая не включает облучение, или обследование с минимальными дозами радиации. В результате получают изображения, непригодные для диагностики.

Можете ли вы немного рассказать о концепции линейной беспороговой модели (linear no-threshold — LNT)? Почему вы считаете ее ошибочной?

Высокие дозы облучения, как известно, вызывают рак. Никто не станет спорить с этим фактом. Но возникает вопрос: что делать с малыми и сверхмалыми дозами?

Эксперты с 1930-х годов говорят, что вам нужно взять линейку и провести прямую линию от действительно опасных высоких доз, таких, которые люди вряд ли получат за всю жизнь, до пересечения с нулевым уровнем радиационного воздействия. Это будет график, означающий, что любой уровень дозы несет в себе риск. Небольшой, но все же риск. Но нет документов, подтверждающих эту гипотезу. Предсказания априори находятся в изобилии без каких-либо подтверждений апостериори. Поскольку исследования в последующие десятилетия проводились с участием населения, пережившего атомные бомбардировки, подобные утверждения представляются все более сомнительными. Важно, что организм реагирует по-разному на воздействие высоких и низких доз. При низких дозах, как известно, происходит восстановление любого повреждения, что делает недействительной линейную беспороговую модель.

Можете ли вы привести пример ситуации, когда пациенту-ребенку причинили вред из-за намеренного снижения доз радиации?

Представим себе ситуацию, когда из-за минимизации дозы качество изображения оказалось диагностически непригодным. Это может привести к неправильному диагнозу, вероятность и вред которого трудно определить количественно.

Могу ли я дать вам документальное подтверждение того, что какой-то ребенок неправильно диагностирован? Вам придется поговорить с радиологами, которые практиковали много лет, а теперь беспокоятся, потому что тренд в педиатрии на получение изображений с использованием самых низких доз может негативно отразиться на результатах их работы. Они чувствуют излишнее давление, заставляющее отказываться от исследований КТ в пользу МРТ или ультразвука, что может быть малоинформативным в каком-то конкретном случае.

Ваш взгляд на облучении может показаться спорным тем, кто много лет слышал, что ограничение использования КТ в диагностике несовершеннолетних имеет важное значение для предотвращения риска рака. Сложно спорить с большинством?

Конечно, это сложно. Но для меня спорным является утверждение о вреде низких доз облучения. Где доказательства? Авария на ядерной станции Фукусима в 2011 года является недавним примером опасности радиофобии. Власти немедленно эвакуировали 150 тыс. жителей из этого района. Дозы, которые они могли получить, оставшись дома, были бы настолько малы, что Научный комитет ООН по действию атомной радиации публично заявил: опасность пагубного воздействия отсутствовала.

И что произошло? Люди были без необходимости спонтанно выселены из своих домов. Из 150 тыс. человек, которым не разрешали вернуться в родной город в течение многих лет, 1,6 тыс. человек погибли в результате эвакуации, а не радиационного облучения. Они были старыми. У них не было их медикаментов. Они не могли пойти к своим врачам. Они стали алкоголиками. Они покончили жизнь самоубийством. Тем не менее, эта история не вышла на свет.

Существует ли доказанная взаимосвязь между проведением нескольких обследований МРТ / КТ и развитием рака?

Не существует документальных свидетельств воздействия доз ниже 100-200 миллизивертов. Сканирование КТ — это около 10 мЗв. Может ли оно спровоцировать рак? Может ли это случиться с кем-то из миллиардов людей, живущих в этом мире? Возможно. Но гораздо более вероятно, что подозрение на рак у индивидуума привело к КТ, а не наоборот.

Если вы используете оценку риска рака, разработанную для относительно высоких доз у населения, пережившего Нагасаки или Хиросиму, умножьте ее на дозу облучения, связанную со сканированием КТ, а затем умножьте это на миллионы пациентов, проходящих КТ исследования, у вас получится относительно большое количество людей, у которых через 30-40 лет теоретически может появиться рак. Но такие расчеты основаны на беспороговой линейной модели, которая является ложной.

Визуализация в большей степени заменила эксплоративные операции, которые приводили к фактическим, а не прогнозируемым и не задокументированным смертельным исходам.

Какие факторы должны учитывать медицинские учреждения и родители, когда обсуждается выбор КТ или ПЭТ / КТ для диагностики ребенка?

Они должны преодолеть радиофобию, которая нагнетается средствами массовой информации, регулирующими органами, дезинформированными врачами и т. д.

Подумайте о пилотах и ​​стюардессах авиакомпании. Они получают довольно сильную дозу от естественной радиации, потому что все время находятся на высоте, где радиационный фон выше. Тем не менее, они не считаются работающими в условиях повышенной радиационной опасности, как рентгеновские техники, хотя получают, верите или нет, более высокие дозы облучения. Нет никакой разницы между естественным излучением вокруг нас, и тем, которое связано с диагностическим оборудованием. Никогда не проводились исследования, доказывающие, что пилоты авиакомпаний более подвержены возникновению рака, чем водопроводчики.

Я думаю, что врачи должны действовать в интересах своих пациентов, и, если требуется провести КТ, помнить, что преимущество от него намного превышает теоретический риск.

Можно, конечно, пойти на поводу у фобий общественности и ради успокоения населения сосредоточиться на использовании самой низкой дозы. Но я утверждаю, что это только укрепит заблуждение. Доверие общественности к врачам может быть сохранено только в том случае, если мы с самого начала сможем убедить их (как общественность, так и врачей) в том, что нет ничего плохого в диагностике с использованием радиационного излучения. Точная информация о низкодозной радиации — единственный способ снять страхи.

Поделиться